Почему стрижка налысо не спасает собаку от жары: как устроена двойная шерсть, что такое послестрижечная алопеция и что делать вместо машинки.
Первое июня, одиннадцать утра. Открывается дверь, и заходит женщина с самоедом.
Самоед — это такая белая туча на четырёх лапах. У него подшёрсток, в котором зимой можно спрятать варежки, и летом он выглядит как ходячее недоразумение.
— Побрейте его, — говорит она с порога. — Он же умирает от жары.
Самоед в салоне: под этим белым облаком прячется второй слой шерсти.
Я слышу это по десять раз за смену с мая по август. И каждый раз отвечаю «нет», после чего в лучшем случае получаю обиженный взгляд, а в худшем — хлопнувшую дверь и отзыв про то, что мастер отказывается работать.
А в сентябре половина этих людей возвращается. С той же собакой, у которой шерсть теперь похожа на свалявшуюся вату.
Давайте я расскажу, что там происходит. Без лекции, просто как оно есть со стороны стола.
«Снял шубу — стало прохладнее» работает только для нас
Мы с вами потеем всей кожей. Пот выступает, испаряется, тепло уходит. Шуба этому мешает, и логика «снять лишнее» для человека железная.
У собаки потовых желёз по телу практически нет. Есть на подушечках лап — летом вы могли видеть влажные следы на плитке, вот это они. Всё остальное охлаждение идёт через пасть: частое мелкое дыхание, влажные слизистые, испарение.
То есть, сбривая шерсть, вы не открываете никакого нового пути для тепла. Его там нет. Вы просто снимаете прослойку.
Я однажды пыталась объяснить это хозяину хаски через сравнение с термосом: он же и горячее держит, и холодное. Мужчина подумал и сказал: «Так термос как раз можно открыть». Мы оба посмеялись, хаски остался нестриженым.
Что вы снимаете, когда снимаете шерсть
У самоеда, хаски, маламута, шпица, корги, чау-чау, немецкой овчарки шерсть в два слоя, и это два разных волоса с разной работой.
Подшёрсток, вычесанный с одного маламута за визит: куча размером с собаку — вот что действительно мешает в жару
Сверху жёсткая ость — редкая, длинная и совсем не греющая: её работа держать на себе солнце и не пускать воду к коже.
Под ней пух, мягкий и густой, весь забитый воздухом. Вот он и работает одеялом, причём в обе стороны сразу: и мороз не пускает, и жару.
Когда приходит время, пух отмирает. Но наружу он не выпадает, его держит соседняя шерсть — и он остаётся лежать плотной подушкой прямо у кожи. Именно эта подушка мешает собаке летом. Не длина. Не ость. Подушка.
Посмотрите на фото. Это один пёс и один визит. Куча размером с него самого — и всё это лежало между кожей и внешним миром, пока хозяин думал, что собаке жарко из-за длины.
А теперь прикиньте на пальцах, от чего вы собаку избавляете, снимая ость. Июльский полдень даёт примерно семьсот-восемьсот ватт на квадратный метр. Собака среднего размера подставляет солнцу четверть метра — это ватт двести. Лампочка накаливания, которая светит вам в спину два часа подряд.
Хаски — тот самый двойной тип шерсти: жёсткий остевой волос сверху, плотный пух под ним
С остью эти двести ватт греют кончики волос. Без неё — приходят прямо на кожу. Которая у северных пород, кстати, часто тёмная и солнца не видела ни разу в жизни.
Почему шерсть отрастает ватой
Два слоя растут с разной скоростью, и это главное, чего не знают хозяева.
Пух отрастает быстро — это его работа, он меняется циклами. Ость растёт медленно, и волос, срезанный посередине, дальше не тянется: новый идёт от корня, а до прежней длины ему год, иногда больше.
В итоге соотношение переворачивается. Был редкий жёсткий верх и плотный низ — остаётся один низ. Собака покрывается тем, что мы между собой называем ватой: она сваливается, набирает воду, хуже проветривается и, главное, больше не держит солнце.
Получается смешно и грустно: побрили, чтобы не было жарко, а в результате собака ходит в шерсти, в которой жарче.
Тут я должна сдать своих
В груминге есть страшилка, которую мастера передают друг другу и клиентам: «побреете — не вырастет никогда».
Столько пуха выходит из корги за один вычёс — и всё это лежало у собаки под остью плотной подушкой
Я сама так говорила лет пять, с выражением лица «ну я же предупреждала».
А потом полезла в ветеринарную дерматологию — и мне стало неловко.
Это состояние там описано спокойно и называется послестрижечной алопецией. Норма возврата шерсти — три-четыре месяца. Не вернулась за этот срок — считается отклонением. И тогда счёт идёт на двенадцать-двадцать четыре месяца, но у большинства здоровых собак шерсть всё-таки отрастает в течение года. Лечить нечего, надо ждать.
Так что нет. Не «никогда». Я была неправа, и коллеги, которые повторяют это как приговор, тоже.
Только представьте, как это выглядит для собаки. Её побрили в июне, чтобы стало легче. Дальше она встречает неполной шерстью остаток лета, потом осень, потом, если не повезло, зиму. Ради эффекта, которого не было с самого начала.
Шелти после вычёсывания: шерсть осталась на месте, ушёл только мёртвый пух
Возрастной предрасположенности у этой истории нет, а вот породная есть: чаще всего с ней сталкиваются собаки с густой плотной шерстью. То есть ровно те, кого чаще всего и просят побрить.
Что реально помогает
Вычесать пух — не срезать ость, а достать из-под неё то, что уже отмерло и лежит подушкой.
Из крупной собаки в сезон выходит столько, что хватило бы на второго такого же пса. После этого шерсть начинает работать как задумано: ость сверху держит солнце, между волосками ходит воздух, кожа дышит.
Дальше — вещи, для которых я вам не нужна.
Гигиеническая стрижка: живот, пах, внутренняя сторона бёдер, шерсть между подушечками лап. Там кожа тонкая, шерсть от солнца всё равно не защищает, зато мешает отдавать тепло лежащей собаке. Это законно коротко и спины не касается.
Тень и миска с водой — скучно, зато работает лучше любой машинки.
И время прогулок: асфальт в четыре часа дня — это отдельный разговор, к длине шерсти отношения не имеющий.
Когда я всё-таки беру машинку
Чтобы не выглядеть фанатиком, скажу и обратное.
Первое — когда шерсти уже нет, а есть войлок. Сплошной, стянутый, который тянет кожу при каждом шаге. Расчесать его невозможно физически, и тогда мы снимаем всё полотном. Выглядит потом печально, но выбор не между «красиво» и «коротко». Выбирать приходится между машинкой и часом, за который собака возненавидит и меня, и вас.
Второе — когда коротко стричь сказал ветеринар. Своя причина, свои сроки, и это вообще не наше с хозяином дело.
Кстати, у нас это довели до прайса. Стрижку «под машинку» для пород, которым она противопоказана, просто убрали из услуг, а вместо неё завели отдельную — «бритьё по рекомендации ветеринарного врача», только с назначением. И список пород там, между прочим, неожиданный: не северные гиганты, а джек-рассел, лабрадор, мопс, гладкошёрстная такса, папильон, японский хин, пти-брабансон, кавалер-кинг-чарльз-спаниель. У них под машинкой страдает не объём, а сама структура волоса.
Что я обо всём этом думаю
Мне-то побрить проще, если честно: машинкой я сниму самоеда за сорок минут, а вычёсывать буду два часа — и заплатят мне примерно одинаково. Так что я тут не за красоту породы борюсь.
Просто за восемь лет я насмотрелась на собак, которых побрили из лучших побуждений, а потом полгода ждали шерсть и спрашивали меня, что делать. Делать нечего. Ждать.
Хозяин в этой истории не злодей. Он рассуждал по-человечески: жарко — снимаем лишнее. Беда только в том, что у собаки под «лишним» не кожа, которая дышит, а система, которая работает наоборот.
Если после этого текста хоть один самоед доживёт до сентября в своей шерсти — считайте, вечер я потратила не зря.
